Накануне приговора. Исповедь офицера

Самый скандальный процесс области близится к завершению

Самый скандальный процесс области близится к завершению. 25 августа в Челябинском областном суде будет вынесен приговор Станиславу Якубовскому, бывшему начальнику отдела по борьбе с особо тяжкими преступлениями, коррупцией и легализацией преступных доходов УБЭП ГУВД региона.

С самого начала следствия подполковник милиции хранил «обет молчания». И это не удивительно. За два года, что велось следствие, Якубовскому довелось посидеть в изоляторе ФСБ, испытать все прелести лжепоказаний и научиться быть осторожным. Но Якубовский не клянет судьбу и готов отстаивать свою честь и свободу. Ведь он просто оказался «в плохое время и в плохом месте». И главное, Якубовский не побоялся назвать высокопоставленного заказчика «громкого дела» – и.о. начальника УФСБ области Александра Рябченко.

– Станислав Викторович, что именно произошло в сентябре 2008 года?

– В то время шло расследование в отношении челябинского предпринимателя Вадима Давыдова. Ему инкриминировалось мошенничество – брал заказы на цемент, получал предоплату, цемент не поставлял. Делом занималось наше УБЭП. Причем лично я никакого отношения к данному расследованию не имел. Давыдов уговорил своего адвоката Дмитрия Сергушкина взять деньги на подкуп руководителей милиции, чтобы «уголовку» закрыли. Сергушкин подключил еще одного адвоката, московского, Марса Надершина. Надершин прилетел в Челябинск. На мою беду, я с Надершиным знаком. За Надершиным уже шла слежка. Вечером мы встретились, и он долго уговаривал с ним выпить водки, я отказывался. Тогда Надершин попросил меня забрать его из офиса, где они пили, и отвезти домой. Я согласился, поздно вечером подъехал, и здесь меня задержали. Уже на следующий день появилось сообщение о том, что подполковник регионального УБЭП был задержан с поличным при получении взятки. А взятку в 1,6 млн. рублей, по версии следствия, мне должен был отдать Надершин.

– У вас нашли деньги? Есть видеозапись, как вы эти деньги берете?

– Нет. Ни к каким деньгам я не прикасался, ничего у меня не нашли. А значит о том, что «взяли с поличным», и речи не шло. Да я и с Надершиным не успел встретиться, даже порога офиса не перешагнул, потому что туда не собирался. А Надершина и Сергушкина к тому времени уже задержали сотрудники ФСБ.

– А как вы могли дело развалить, если Давыдовым не занимались?

– Это и есть самый главный вопрос. Я не только Давыдовым не занимался, но вообще не знал о его существовании. Кстати, сам Давыдов уже потом стал давать показания, что его уговорили провести такую схему – всучить деньги адвокату, якобы на подкуп милицейского руководства. Потом все тот же Надершин написал заявление, что на него могут оказывать давление мои коллеги, что он опасается за свою жизнь и тому подобное. И меня водворили в СИЗО ФСБ, на два месяца. 6 ноября я был освобожден судом под залог. Жена кинулась по друзьям и знакомым, собрали 400 тыс. рублей. Уже потом меня отстранили от исполнения обязанностей.

– А что Давыдов? Получается, что он здесь главный запевала? Вроде как ради него весь сыр-бор затевался?

– Давыдова, вот теперь могу об этом говорить открыто, «крышевала» ФСБ. Жена одного из сотрудников ФСБ, Дениса Красикова, работала в фирме Давыдова. И когда на него уже вышло УБЭП, в ФСБ Давыдову пообещали помочь прекратить «уголовку», в обмен на услуги. Такой услугой должно было стать громкое разоблачение руководителей ГУВД.

– Вот вы ссылаетесь на слова Давыдова. Но ведь он первоначально говорил по-другому. Когда он стал менять показания?

– Когда понял, что ФСБ не выполнила данных ему обещаний. Между прочим, из СИЗО № 1 его быстро перевезли в СИЗО № 7 ФСБ. Можно сказать, что выкрали. Уже в феврале 2009 года он отказался от всего, что говорил раньше. Больше тысячи заявлений написал! Требовал, чтобы его допросили, чтобы он сказал, как его заставили   спровоцировать дачу взятки, оговорить Якубовского, с которым он вообще не был знаком. Все это повторил и в суде.

– Крупных руководителей называл?

– Говорил, об одном из начальников УФСБ, высоком и седом. А там только один такой.

– Как же вы прожили все эти два года? Вас кто-то поддерживает?

– Семья, друзья, коллеги. Кстати, старший сын, ему 16 лет, всегда хотел стать юристом.

– А на чем сейчас основывается суд?

– На первоначальных показаниях Давыдова, хотя он давно от этих показаний отказался. Кроме того, используется аудиозапись разговоров Сергушкина и Надершина.

– Ваша фамилия в этих разговорах звучит?

– Нет.

– Почему так упорно добиваются вашего осуждения?

– ФСБ нужно раскрытие громкого дела. Уже протрубили, что я был «взят с поличным», уже рассказали про мой арест. Никому не хочется признаваться, что все «липа». Мне и следователь говорит: «Если все сейчас прекратить, ты же реабилитации потребуешь!»

– А вы потребуете?

– Я пойду до конца.

(По материалам ura.ru)

Эксклюзив

Однако «злой гений» южноуральских спецслужб умеет не только сажать тех, чья вина вызывает большие сомнения. Он также с легкостью может «отмазать» от тюрьмы тех, чья вина вполне очевидна.

Так, в 2002 году  Рябченко, используя служебное положение, устраивает своего сына Ивана Рябченко сразу после окончания им ЮрГУ на должность экономиста администрации города Трехгорный. Здесь он работает до июня 2006 года. Именно в этот период главой Трехгорного Николаем Лубенецом совершаются махинации с бюджетными средствами в особо крупных размерах (более 11 млн. рублей).

Свое влияние на мэра Рябченко оказывает через сына. В дальнейшем следователям не удалось доказать факты хищения бюджетных денег Н.А.Лубенецом, и он был осужден в 2007 году к лишению свободы на четыре года условно по ст.286 УК РФ. 

В июне 2006 года Рябченко устраивает сына в «Челябгипромез» помощником заместителя генерального директора, с целью оказания влияния на деятельность ОАО,  в собственности которого находится здание в центре Челябинска стоимостью не менее 250 – 300 млн. рублей.

Поделиться

поделиться: