Четверг, 13 Декабря 2018

Очень северная телевизионная история

04.12.2018

Телевизор… Сегодня он есть в каждой семье, да ещё и не в одном экземпляре: в гостиной, в зале, на кухне, в спальне, и даже в бане!

Он стал неотделимой частью нашей жизни, без которой, кажется, уже и дня не прожить! Но так было не всегда: в начале 60-х годов прошлого века телевизор, как и легковой автомобиль, относился к предметам роскоши,

купить которые было невозможно из-за их отсутствия в продаже. Впрочем,

то же самое можно сказать о холодильниках, магнитофонах и разной бытовой технике, о существовании которой мы даже и не подозревали.

Правда, в конце 60-х и начале 70-х годов телевизор уже можно было купить и без всякого «блата», но с экранами небольших размеров, которые являли собой скорее не «окно», «форточку» в «мир прекрасного»! Но люди были и этому рады.

     Я же хочу рассказать историю приобретения «своего» телевизора – первого в самостоятельной семейной жизни…

      В 1976 году я уехал работать на Север, в Нефтеюганск, а если точнее – то в посёлок Пойковский, находящийся в 63-х километрах от города. Уехал в октябре , пережил там первую северную зиму, когда две недели стоял мороз за - 53 градуса, но наш уральский в -25 с ветром переносится намного хуже! В феврале 77-го года мне на работе выделили комнату в малосемейном общежитии, чтобы мог перевезти семью, и в начале марта я с водителем моей колонны (а я работал начальником колонны) поехал в Миасс за получением нового «Урала». На нем же я и вывез из Челябинска необходимые вещи, а супруга с ребятишками прилетела на самолёте через неделю.

Стали жить вчетвером в комнате площадью 20 квадратных метров. Обжились, жену приняли на работу диспетчером на наше предприятие.  Детсада не было, так что детей своих, как и вся «малосемейка», оставляли дома одних под присмотром кого-то из соседей, в этот день не работающих. Вот тут-то и почувствовалась потребность в телевизоре : детям - днём, а нам – вечером. Но, увы, их не продавали ни в нашем посёлке, ни в Нефтеюганске, а телевизионная вышка находилась в Сургуте, до которого по прямой было 110-120 километров.

Жители посёлка находили выход: телевизоры привозили с Большой Земли, возвращаясь из отпусков, а антенны делали из подсобного материала, поднимая их на трубах  метров по пятнадцать длины  - получалось довольно неплохо. На работе я завёл разговор с коллегами по поводу приобретения телевизора, и они меня научили как действовать…

      В ту пору на Севере не было нормальных дорог и большую часть грузов и рабочих забрасывали  на места работ вертолетами, которые были, в общем –то, со всего Союза. Были и из Тобольска, до которого по прямой пятьсот с хвостиком, и они регулярно летали туда для проведения регламентных работ и смены экипажа,  в общем  по необходимости. Мои коллеги  научили меня: долететь до Тобольска, выскочить из вертолета и бегом бежать на выход из аэропорта:  там на площадке должны  стоять одно - два такси – на одном из них доехать до магазина, купить телевизор,  домчаться до ж/д вокзала, купить билет до станции Пыть-Ях и  сесть в поезд. На все это времени отводилось  не больше часа. Главным было не опоздать на поезд - ведь он ходил раз в сутки! И вот в конце марта, в субботний день, чтобы не отпрашиваться на работе, договорившись с диспетчерами вертолётки о занесении меня в списки, на вертолете МИ-8 мы полетели в Тобольск. Мы- это шесть человек, среди которых был и механик-водитель моей колонны Валентин Сивуха. Мы с ним сразу договорились держаться вместе, тем более что по приезду на Пыть-Ях меня должен был ждать автобус, направленный туда моей женой–диспетчером. Мы и в вертолете сидели с ним рядом, рассматривая в иллюминатор местность. Вертолет летел на юг вдоль Иртыша, а я, к тому времени уже съездивший несколько раз  на машине  по зимнику в Тюмень и Челябинск, узнавал знакомые места, различал идущие с грузом караваны машин, доставляющие на Север все необходимое для жизнедеятельности, с высоты полета сумел разглядеть несколько лосей, летящие табунки косачей и исполосованную дорогами тайгу.  Внизу кипела жизнь!

    Но вот у вертолета изменился звук работы двигателя и  засверкали  приближающиеся купола Тобольских  церквей. Еще несколько минут полета,  и МИ-8 садится где-то на окраине аэродрома. Бортмеханик открывает дверь, устанавливает лесенку, и мы выскакиваем из железной птицы. Сразу же, как меня инструктировали, я бегу в сторону здания  аэропорта- бегу легко в свои 28 лет и при наличии первого разряда по лыжам, а вот Валентин что-то стал отставать: сказалась, по-видимому, привычка к курению. Я ему крикнул- «догоняй», а сам припустил еще сильнее! К финишу, т.е. стоянке такси я безоговорочно пришел первым, сказал таксисту о цели своей поездки и попросил подождать моего попутчика. Валентин, громко пыхтя, запрыгнул в такси, и мы покатили  в бывшую столицу Сибирского ханства, лавируя среди большущих сугробов и ледяных глыб.

Минут через 20-25 машина подъехала к магазину, я попросил таксиста нас дождаться, чтобы увезти на вокзал, а мы с Валентином ворвались в торговую точку. Удивительно, но продавцом радиотоваров был мужчина, что в те годы было редкостью. Выбора телевизоров не было - на витрине стояли только маленькие черно-белые «Рассветы», да нам и такие пойдут! Продавец, видя наше нетерпение, довольно быстро проверил их, вновь запаковал, мы оплатили покупку, перенесли чудо техники в такси и помчались на ж/д вокзал. До отправления поезда было около 20 минут - должны успеть!  Приехав на вокзал, еще отстояли небольшую очередь в кассу, купили билеты и сделали «выдох»! Я взглянул на часы- до отправления поезда оставалось 5 минут. Мы успели! А вот товарищей, летевших с нами на вертолете, мы так и не увидели. Потом уже в поселке узнал, что ребята опоздали на этот поезд на 20 минут (я думаю, потому что слабо бежали на первом этапе этой «телевизионной эстафеты») и поэтому сутки ждали следующего. А нас на станции Пыть-Ях ждал автобус – ПАЗик –северянка, с водителем Володей Пугиным. И мы за час с небольшим добрались до нашего поселка, везя в коробках не столько ценный, сколько нужный груз.

         На следующий день, выйдя на работу, я сделал все неотложные дела по выпуску автомобилей на линию и занялся антенной. Надо сказать, что в те годы на Севере работали высококлассные специалисты во всех отраслях производства. Вот и здесь пошел к нашим электрикам-силовикам и высказал свою телевизионную проблему: нужна антенна и телевизионный кабель. Ребята сказали: кабель у них есть, правда не чисто телевизионный, но экранированный и с медной жилой- помех не будет, а антенну предложили сделать из двух прокладок головки блока трактора Т-100М, они обмеднённые и принимают телесигнал отлично. Я тут же сходил на склад, взял две новые прокладки, передал ребятам и те начали сооружать телевизионную антенну. Минут через пятнадцать я держал в руках  прокладки–крылья, прикрепленные к деревянной рейке, и где-то метров двадцать кабеля.

С трудом дождавшись обеденного перерыва, сел на «Урал» и поехал в свою малосемейку, везя на переднем сиденье продукт творчества электриков. У жены в этот день был выходной, и она что-то готовила на общей кухне. Я попросил её  помочь мне, когда буду устанавливать антенну на чердаке общежития. Лаз на чердак находился рядом с нашей комнатой, так что я, включив телевизор и вставив в гнездо штекер антенны, через десять секунд уже был на чердаке, пытаясь антенной найти самое хорошее место приёма сигнала. Подвесил ее на какой-то гвоздь, кричу в проем жене: «Ну как?» Она в ответ: «Изображение  есть, а звука нет!» Я снова бегом к антенне, перевесил её еще куда-то: под собой услышал сильный звук, спрашиваю опять же через проем: «Нормально?» А супруга в ответ: «Звук есть, а изображения нет!» Так я бегал туда-сюда раз десять - всё не удавалось совместить звук с изображением, а потом моя славная половина сказала , что ей надо идти на кухню, а то там все перекипит! Я, конечно же, не стал возражать, положил антенну на лаги чердака, слез вниз и зашел в комнату: телевизор светился в углу четким изображением , сопровождаемым хорошим звуком: я его добавил, потом убавил, а тут в комнату вернулась супруга: «О, ты уже сделал?» Когда я ей рассказал, что просто положил антенну  на чердаке, мы вместе принялись громко смеяться. Подтвердилась истина, что всё великое - просто!

С того дня черно-белый «Рассвет» почти не выключался: днем ребятишки возле него возились, а вечером мы с женой ловили на голубом  экране и новости, и фильмы, и новогодние огоньки. Телевизор был «маленький, да удаленький»: за четыре года ни разу не ломался, принимая сигналы на лежачую антенну, а когда на смену ему был приобретен уже цветной «Садко» с большим экраном, за год мы его ремонтировали 19 раз! Телевизионный мастер, который восстанавливал это новгородское «чудо», сказал что «Садко» - самый плохой телевизор Советского Союза. А я его ещё по какому-то «блату»  доставал и на саночках по льду через реку вез! Но это уже другая телевизионная история…

 

Александр Гаврилов, село Октябрьское 

 

Возврат к списку