Среда, 23 Мая 2018

Две правды одной поликлиники

12.11.2009 Корреспондент: Спектр

Поводом для написания этого материала послужило увольнение\
из городской поликлиники врача-онколога А.А. Литяйкина.\
Перед уходом Александр Анатольевич посчитал нужным объяснить причины\
своего отъезда из города и пригласил на встречу корреспондента.

От автораЖитейская мудрость: здоров не тот, у кого ничего не болит, а тот, у кого каждый раз болит в другом месте. Так оно и есть. Даже самым
здоровым из нас иногда приходится
быть в роли пациентов. И тогда мы спешим в поликлинику
— к врачу. И обрушиваем на него свои тревоги, черпаем в нем надежду: доктор выслушает и поможет.
Нас мало волнуют проблемы самих медиков. С позиции пациентов
врачи обязаны оставлять за дверью кабинета все свои нужды
и переживания, ибо главное переживание
для них (как нам кажется
и хочется) — мы, их больные. Между тем, медицинским работникам
никогда не жилось легко и спокойно. Труд их, тяжелый, ответственный
и благородный, и в лучшие времена оценивался недостаточно. В последние же годы медики просто
попали в чудовищный переплет государственного эксперимента. Их рассорили между собой, поделив на тех, кому положена «надбавка от президента» и тех, кому нет. Поставили
в зависимость от зарплаты не качество лечения, а количество принятых
больных (будто не врачи они, а токари-многостаночники). Унизили,
превратив из интеллигентов в бюджетников. И еще многое другое,
что падало на уже подготовленную
почву, разрастаясь сорняками недоверия и озлобленности. Словом,
обидели наших медиков. Обидели
тех, кто должен жить защищено
и благополучно, поскольку стоит на охране самого дорогого, что есть у всех нас — здоровья и жизни. Они протестуют по-разному. В самом худшем варианте — просто уходят. И тогда страдают, в первую очередь, пациенты. Так случилось и на этот раз.Я и думать не могла, что моя статья,
задуманная по сценарию «ситуация — комментарий», перерастет в целый «научно-исследовательский» труд. Как любой нормальный пациент, никогда не вникала в сложную систему взаимоотношений,
сложившихся в их, таком закрытом от нас, врачебном мире. А теперь пришлось окунуться. И увидеть слезы обиды и бессилия. И почувствовать предгрозовую атмосферу,
царящую сегодня в нашей
медсанчасти (конкретно, в городской
поликлинике). А главное, услышать столько разных мнений, что я просто не берусь привести их к какому-то единому знаменателю. Не берусь делать выводы. И уж тем более не берусь судить. Пусть моя скромная миссия будет сведена на этот раз к простому изложению услышанного
от властей, врачей, заведующих,
пациентов… А выводы делать вам, уважаемые
читатели!

Одна правда

А.А. Литяйкин, бывший врач-онколог городской поликлиники:

— Хочу обратить внимание общественности на обстановку, которая
сложилась в МСЧ № 72. В последние два года идет отток узких
специалистов. Уволились психиатр, эндокринолог, невропатолог.
С моей точки зрения, ситуация
не является случайной, она — следствие политики, проводимой
руководством. Последние два года поликлиникой руководит Л.Г. Ильина. Я считаю, что с приходом Людмилы Григорьевны отбор специалистов
стал вестись не по профессиональному
критерию, а по критерию согласности с руководством.
Все согласные зачисляются в круг приближенных, которые имеют
возможность нормально работать
и зарабатывать. Я считаю несправедливой систему
распределения дополнительных
ежеквартальных денежных средств, систему включения узких специалистов в платные медосмотры,
которые при нашей невысокой
зарплате дают доктору возможность
подработать. Сложность ситуации заключается
в том, что в строгом юридическом
аспекте нарушений со стороны
руководства нет, весь конфликт лежит в сфере человеческих отношений.
А это, как говорится, к делу
не пришьешь. Но атмосфера в поликлинике напряженная, работать
становится тяжело.

Доктор, узкий специалист:

— С перестройкой в медсанчасти,
переездом в новое здание, мы оказались рассредоточенными не только организационно, но и территориально.
Потеряли коллективные
связи, утратили все, что годами было наработано. С приходом
нового руководства конструктивная
критика стала восприниматься
как личная неприязнь — диалога не стало.Конечно, «переделка» нас под новые
стандарты была частично навязана
новыми приказами Минздрава,
ФОМСа, но ведь они все равно не предусматривают буквального
исполнения: только так и никак иначе. При таком подходе любую идею можно довести до абсурда, извратить
до противоположного значения.
Никакая инициатива рядового
сотрудника (подчеркнем, что в данном понимании рядовой сотрудник
— это квалифицированный
врач, фельдшер или медсестра, имеющие большой опыт работы) не принимается и не поддерживается.
Любые споры воспринимаются как недовольство лично руководителем,
подсиживание авторитета. Мы слышим обвинение в создании
группировок, подковерных играх,
хотя, на наш взгляд, здесь сугубо
профессиональные вопросы. Что касается доктора Литяйкина, то он не требовал себе каких-то льгот и привилегий, его работой до этого были довольны и руководители,
что отмечалось неоднократно,
и пациенты. Наша работа не видна здоровым людям. Мало кто догадывается, как это сложно — наладить учет заболеваемости,
вести контроль за течением
практически неизлечимых онкозаболеваний,
которые можно лишь затормозить правильным лечением. Как психологически тяжело работать
с обреченными пациентами, их родственниками. Совершенно ясно, что человек был на своем месте, он хотел работать. То же самое можно сказать о многих других уволившихся
врачах. Люди, завоевавшие авторитет
годами безупречной работы, уезжали не за большими деньгами. Они уезжали из-за морального неудовлетворения,
из-за ощущения, что твою работу не ценят, не хотят оценить иначе как по количеству принятых больных. Мы не против личности Л.Г. Ильиной, но методы ее руководства
считаем неприемлемыми. Невозможно
всего добиваться только
кнутом. Нам говорят о том, что с введением новой системы оплаты
доктора получили возможность зарабатывать. Но все узкие специалисты
поставлены сегодня в условия
такой большой подушевой нагрузки, что практически лишены
возможности совместительства. Психологически очень сложно вести
в течение дня прием на высоком профессиональном уровне, а потом еще бежать куда-то, чтобы заработать
лишние две тысячи рублей. Такие
затраты просто не сопоставимы с получаемой материальной компенсацией.
Зарплата врача с высшей категорией и 20-летним стажем работы
составляет менее 10 тысяч рублей — это официально определено
Минздравом. А будет ли она больше, зависит от уровня любви к руководству, поскольку единственной
возможностью подработки для доктора является проведение платных
медосмотров, участие в которых
определяется начальниками по их критериям.Как относиться к тому, что врача,
который изначально должен быть думающим, интеллигентным,
постоянно повышающим свою квалификацию, превратили в станочника, конечный итог работы
которого упирается в количество
принятых больных? А за последние два года именно этот параметр и стал главной оценкой нашей работы. Дальше идет отсутствие
замечаний по документации
и жалоб со стороны пациентов.
Но, позвольте, если своими квалифицированными действиями
врач предотвратил распространение
очага инфекции, значит, он сработал себе в убыток?! Ведь он не принял нужного количества пациентов!
Но как можно заставить здоровых людей идти, например, к венерологу? И, главное, зачем это нужно делать? Можно просто закрыть больничный
с ОРЗ. А можно убедить пациента бросить курить или снизить
вес. Нам было предложено вызывать пациента к врачу едва ли не ежедневно. То есть возвращаемся
к тому, от чего в свое время уходили,
когда при советской власти
больничный полагался на три дня. Сейчас государство позволило
расширить эти рамки, но если пациент не будет ходить часто, мы лишимся посещаемости. Недостатки можно найти в работе
любого доктора. Но одно дело,
если это неверно поставленный
диагноз или запущенная по небрежности, халатности доктора
болезнь. Вот что должно наказываться.
Как и поощряться обратное: раннее выявление заболевания,
правильно назначенное
лечение… Разве не это должно ставиться во главу угла? Эта безрадостная ситуация приводит
к тому, что узкие специалисты
покидают нашу медсанчасть. Можно констатировать, как повезло
где-то тем больным, которых
теперь лечат наши эндокринолог,
невропатолог, лор… А кто будет лечить наших людей?

Н.А. Худицина, пациент доктора Литляйкина, онкобольная:

— За свою жизнь я ни разу не видела,
чтобы доктор начинал прием
раньше положенного времени. Врачи, как правило, опаздывают, заставляя больных нервничать. У Александра Анатольевича была
своя система. Если по каким-то объективным причинам больной не мог записаться к нему заранее, он принимал таких пациентов за полчаса до основного приема. Так было однажды со мной. Я только вернулась после операции из Челябинска.
Естественно, времени записаться к Александру Анатольевичу
не было. А через неделю мне уже снова ехать в Челябинск на сеанс
химиотерапии. И за эту неделю
нужно собрать столько справок!
Не знаю, как бы я все успела, если бы не доктор Литяйкин. Все вопросы он решал очень оперативно,
мог сам позвонить специалисту,
договориться, чтобы меня приняли без очереди. И еще об одном хотелось бы сказать.
Когда человек узнает о такой коварной и грозной болезни, как рак, он впадает в состояние шока. Растерянность,
страх, ощущение тупика — через все это пришлось пройти и мне. Так вот, Александр Анатольевич
всегда умел найти нужные слова,
чтобы подбодрить, успокоить, настроить на борьбу с болезнью. После встречи с ним словно крылья
вырастали за спиной, отступали страх и неуверенность. Это не только
настоящий профессионал своего
дела, но и очень внимательный и терпеливый человек. Пройдя курс химиотерапии, я должна была прийти на прием к доктору Литяйкину. Мы договаривались
о том, что он подготовит
меня к очередному обследованию
в Челябинске. К сожалению, к своему доктору я попасть уже не успела, в регистратуре мне сообщили,
что Александр Анатольевич уволился. На мой вопрос, куда же нам, больным, теперь обращаться, мне ответили: «У нас нет никаких указаний на этот счет. Попробуйте позвонить через неделю». Но больные люди не могут ждать. Рак — болезнь коварная. Время, упущенное сейчас, потом догнать уже невозможно. А ведь я такая не одна, онкологических больных у нас много, очень много. Уход такого специалиста, как доктор Литяйкин, как мне кажется,
чреват серьезными проблемами
для больных. Скажите, чего нам ждать? Когда в городе появится
специалист-онколог? Слышала, что первое время прием онкобольных
будет вести хирург. Я с огромным
уважением отношусь к нашим хирургам и другим врачам медсанчасти,
но абсолютно убеждена, что без квалифицированного онколога
нашему городу не обойтись.

Другая правда

 

Г.К. Безродный, начальник МСЧ № 72:

— В то время,
когда я стал руководителем медсанчасти, заведующим
поликлиникой
был В.Ю. Зинин. Система
работы, сложившаяся
при Вячеславе Юрьевиче,
вынудила меня предложить ему уйти с занимаемой должности.
Тогда врачи не вырабатывали
рабочее время, прием велся до 18часов, то есть в тот период, когда
люди шли с работы, двери поликлиники
уже были закрыты. Журналы по обращению граждан были исписаны жалобами. В общем,
ситуация была очень серьезной,
ее необходимо было менять. Зав. поликлиникой мы поставили
Л.Г. Ильину. Людмила Григорьевна
18 лет проработала на руководящей должности, до нового назначения была заведующей детской
поликлиникой. Надо сказать,
что это подразделение всегда было эталоном не только в городе, но и в области, и в ФМБА. К нам неоднократно приезжали учиться
из других городов. Учитывая все это, мы и попросили Людмилу
Григорьевну возглавить городскую
поликлинику. Чем же сегодня возмущены доктора?
Думаю, прежде всего, тем, что им приходится работать не до 18, а до 20 часов. Мы привели в соответствие
все нормы нагрузок на врача, конечно, это вызвало недовольство.
Люди почувствовали,
что теряют свободу: раньше во время приема доктор, например,
мог и в магазин сбегать. Теперь
этого не стало, требования к трудовой дисциплине стали ужесточаться.
Л.Г. Ильина — требовательный, но справедливый руководитель, результаты
нашей общей работы сегодня дают плоды: время приема
стало более удобным для населения,
обслуживание узкими специалистами
— более доступным и комфортным, качество оказания помощи населению значительно улучшилось. Как следствие, записи
в журналах обращений стали единичными. Что касается доктора Литяйкина,
то он еще полтора года назад
сообщил мне о том, что ищет другое место. Его не устраивала зарплата, но ведь она установлена
Минздравом. При этом Александр
Анатольевич отказался
от совмещения в стационаре. Все онкологи, работавшие у нас до А.А. Литяйкина, были оперирующими.
Сегодня ситуация изменилась:
всех пациентов онколога
лечат в стационаре хирурги. Александр Анатольевич — хороший
доктор, он умеет работать, умеет разговаривать с больными.
Контингент больных у онколога
очень тяжелый, таким людям
не скажешь: все у тебя будет хорошо. Учитывая это, мы всегда старались идти доктору навстречу.
Наступил момент, когда он стал этим довольно беззастенчиво
пользоваться. Конечно, проблем в медицине много, и одна из них — низкий уровень зарплаты. Сегодня финансирование
медсанчасти идет из трех источников: это ФМБА,
Фонд обязательного медицинского
страхования (ФОМС) и городской бюджет. По первому
источнику у нас вопросов нет: Агентство выполняет все свои обязательства. Чего не скажешь
о ФОМСе: здесь нас урезают
по всем статьям. Не знаю, как другие коллеги, но я считаю эту структуру бородавкой на чистом теле здравоохранения. Что касается
города, то он может помочь нам на уровне принятия соответствующих программ. Сегодня
уровень помощи города здравоохранению
составляет 0,4% от бюджета. Почему бы на местном уровне не разработать программу
поддержки медиков? Это бы хоть как-то поправило положение
врачей, медсестер, санитарок…
Тем не менее, в нашей медсанчасти
не все так печально. Возьмем
последние четыре года. Только в порядке перечисления: введена
новая поликлиника, заработали
патанатомия и пищеблок, установлено
бесперебойное питание на случай отключения электроэнергии,
отремонтирован роддом, полностью заменены рентгеновское,
ультразвуковое, эндоскопическое
виды оборудования, мы стали первой медсанчастью, которой
на сто процентов был обновлен
автопарк.

В.Г. Кузнецов, заведующий отделением городской поликлиники  МСЧ № 72:

— Хочу пояснить,
с чего начались
претензии к руководству у А.А. Литяйкина.
Дело в том, что продолжительность
рабочего
дня у каждого
врача составляет 7 часов 42 минуты. Из них 7 часов отводится
на прием больных, 42 минуты — на заполнение документации. На прием одного пациента доктору
Литяйкину выделяется 20 минут:
в эту норму заложено и время
для работы с документами. Для сравнения: хирургу на один прием выделяется 10 минут. Соответственно,
за рабочий день онколог должен принять 21 пациента, хирург
— 42. Поскольку Александр Анатольевич нашел себе дополнительную
работу не медицинского
профиля, мы разрешили ему работать 6 часов вместо 7, при условии,
что он будет справляться с работой. Нагрузку свою он выполнял и даже перевыполнял. Но при этом стал требовать дополнительной
оплаты за прием «сверх нормы». Эти требования показались мне, мягко говоря, несправедливыми,
ведь мы и так неофициально
сократили ему время приема!

В.А. Дикарев, заведующий отделением городской поликлиники МСЧ № 72:

— Если мы говорим
о том, что из поликлиники
уходят узкие специалисты, стоит, наверное, обратить внимание
и на объективные
факторы этого явления. А для этого нужно вспомнить новейшую историю. Первой ласточкой, внесшей
серьезный
раздор в ряды медиков, стало
решение о введении в 2006 году по нацпроекту «Здоровье» ежемесячной
доплаты терапевтам и медицинским сестрам (по 10 и 5 тысяч рублей соответственно). Результатом
стал массовый отток узких
специалистов по всей стране. Они либо меняли квалификацию и шли работать терапевтами либо вообще уходили из медицины. Вторым фактором, подлившим
масла в огонь, стал переход медсанчасти с 1 января 2009 года на новую систему оплаты труда. Кстати сказать, Челябинская область
от нее отказалась, у губернаторов
есть такое право. Мы же, как федеральная структура, этого
сделать не смогли и стали, если
можно так выразиться, первыми
жертвами этого эксперимента. Если раньше у нас была тарифная сетка, ставящая зарплату доктора
в жесткую зависимость от его квалификации, то теперь этого не стало. У докторов пропал стимул учиться, повышать свой профессиональный
уровень. Сегодня наша
зарплата состоит из компенсирующей
и стимулирующей частей. Стимулирующую часть распределяют
рабочие комиссии. А где делят
деньги, там всегда раздор. Эта вторая, стимулирующая часть как раз и зависит от пресловутого выполнения плана, который назначают
нам и ФМБА, и областной
фонд медицинского страхования.
Поверьте, цифры в планах стоят очень серьезные. Чтобы их выполнить, пришлось пойти на увеличение времени приема, но, естественно, все это было сделано
в рамках правового поля. Требований
к докторам стало больше, понятно, что и это вызвало у некоторых
недовольство.Однако объемные показатели — лишь один из критериев, по которым
сегодня оценивается наша работа. На первом месте, естественно,
стоит качество обслуживания
населения. И надо сказать, оно заметно улучшилось. По результатам
прошлого и текущего годов повысилась средняя продолжительность
жизни горожан, сегодня она превышает 70 лет. Количественно
снизилась заболеваемость
людей трудоспособного возраста. По этим и другим объективным
показателям наша медсанчасть
входит в десятку лучших по ФМБА.

С.В. Ольховская, глава города:

— С Александром Анатольевичем Литяйкиным я встречалась дважды после того, как он собрался уехать
из Трехгорного. Попыталась понять, что происходит,
предложила ему еще раз обдумать свое решение,
взвесить все «за» и «против». Да, определенный конфликт у доктора с руководством произошел. Кто в нем прав, кто виноват, сказать сложно. Думаю, что, как и в любом конфликте, здесь есть две правды. Где-то не пошел навстречу руководитель, где-то не уступил работник. Конечно, настораживает тот факт, что пациенты сегодня остаются без онколога. Тем не менее, сегодня руководство медсанчасти принимает меры
к изменению ситуации. Проблему решать будем, город без специалиста
не останется. Является ли этот конфликт в поликлинике единичным или носит массовый
характер, мне сказать сложно. Но если среди врачей есть еще недовольные,
почему они молчат? Я готова переговорить и с руководством медсанчасти, и с руководством ФМБА, но о чем? Если есть проблема, ее нужно обозначить. Пусть эти люди придут ко мне, обратятся в Собрание депутатов, или к главе администрации города.

От редакции

Нам бы не хотелось ставить на этом точку. Тема не исчерпана, мы открыты для других мнений. Если вам есть что сказать по поводу
вышеизложенного, звоните. Телефон редакции: 4-28-82. Свои отклики вы можете также оставить
на городском форуме (разделе
«Спектр») или на электронный
адрес: spktr@trktvs.ru.

 

 

 

 

Другие материалы рубрики
03:59 «Славу» на замок! В Копейске эвакуировали людей из торгово-развлекательного комплекса

В полдень 18 ноября в дежурную часть поступило сообщение о подозрительной сумке, оставленной в женском туалете копейского торгово-развлекательного комплекса «Слава».

04:41 Крыша для здоровья. Новый аптечный склад в Челябинской области ускорит доставку лекарств на село

Оперативность снабжения расположенных в сельской местности аптечных пунктов повысится благодаря открытию в Челябинской области нового аптечного склада. Кроме этого, доставка и хранение лекарств потребуют меньше затрат.

01:31 «Прошли достойно». Дубровский поблагодарил южноуральцев за активность на выборах

Губернатор Челябинской области Борис Дубровский поблагодарил всех, кто проявил гражданскую активность и принял участие в голосовании 13 сентября. Об этом сообщает сайт gubernator74.ru

Возврат к списку