Вторник, 3 Августа 2021

Меняли ваучеры на шапки, так как слово «приватизация» было непонятным

05.02.2018 Корреспондент: Майя Юрьева

В 1992 году правительство страны утвердило программу приватизации, согласно которой  значительную часть государственного имущества - заводы, фабрики, магазины, аптеки - было решено передать всем гражданам страны безвозмездно.

glgl.jpg

«Перемен требуют наши сердца,
Перемен требуют наши глаза
В нашем смехе, и в наших глазах,
Ив пульсации вен.
Перемен!
Мы ждем перемен».
 (Из песни Виктора Цоя.)

Свобода и даже вседозволенность, митинги и народные бунты – все это вдруг стало реальностью…

Каждый человек, даже новорожденный младенец, имел право на часть госимущества, и на каждую живую душу выдавался приватизационный ваучер. Его номинальная стоимость была 10000 рублей. Но вот почему-то механизм действия не был доведен до сведения граждан, и население всей нашей необъятной страны просто не понимало, что с ним делать. Вкладывать в предприятие? В какое? Сколько? Когда будет прибыль? Это казалось фантастикой… Простому народу никто не объяснял простых истин. И каждый сам решал, что делать с ваучером.

А решения, как казалось, лежали на поверхности. Население нашей страны в то время по несколько месяцев, а то и по полгода не получало заработную плату, в магазинах можно было наблюдать пустые полки. Что делать с ваучером? Да, конечно, обменять его на деньги или вещи.

Умные и предприимчивые (смекнувшие, как большим количеством ваучеров можно распорядиться) стали повсеместно скупать ваучеры. На рынках. Естественно, там номинальную стоимость никто за ваучер не давал. Но население было готово продать невесть откуда свалившееся «богатство» по бросовой цене. А кто-то вообще менял на вещи, например, норковую шапку, были у меня и такие знакомые. А алкаши меняли на выпивку.

img.jpg

В девяностые годы на стихийных рынках, которые появлялись на улицах, можно было купить иностранные товары, о которых раньше никто и не слышал.

В те годы я жила на Китайской границе, в Приморском крае. Бывший супруг был офицер - старший лейтенант с жалованьем 16000 рублей в месяц (с учетом коэффициента Дальнего Востока). Но жалование выдавалось не регулярно, и нам приходилось как-то выживать. Родителей рядом нет, цены на продукты запредельные, очереди многочасовые.  Тут то на выручку и пришел мой первый предпринимательский опыт.

Дальний Восток считался свободной экономической зоной с 90-х годов, все ехали туда за вещами: пуховиками, куртками, кроссовками, спортивными костюмами, которые благодаря соседству с Китаем были там по доступной цене и в свободной продаже. Заняв сто тысяч рублей на раскрутку бизнеса, я скупала ваучеры по 4000–4500 рублей. Выходила на китайский рынок, брала нарисованную табличку «Куплю ваучер» и за час работы спокойно приобретала примерно 20 ваучеров. Иногда хватало и 10 минут. А на следующий день, встав в пять утра, я ехала на поезде в Уссурийск, в банк, чтобы выгодно их сдать. В банке номинал тоже было не получить, но принимали значительно дороже, чем на базаре, и курс менялся каждый день, как на валюту. Сдать ваучер можно было где-то за 5200-5300 рублей. А это 700-800 рублей с каждого ваучера. Так вот за одну такую поездку я могла заработать жалование моего супруга за целый месяц работы. Так вот и выживали. В то время на Дальнем Востоке можно было на 3 000 рублей купить либо килограмм яблок, либо кофточку из ангоры китайского производства. Билет из Челябинска до Владивостока стоил 30 000 рублей.

На Дальний Восток ехали свободные предприниматели,  так сказать «челноки за товаром», и везли ваучеры со всей страны. Через мои руки прошли ваучеры практически всех городов. На задней стороне ваучера, была обязательная надпись и печать города, выдавшего этот приватизационный чек. 

img033=.jpg

В девяностые годы в Челябинске появились первые «отделы» секонд-хенд (от англ. secondhand — вторая рука). Бывшие в употреблении вещи привозили из-за границы и продавали на улицах, свалив все их в кучу. Цены были очень низкими, а среди вороха  тряпья попадались даже джинсы и другой дефицит. «Одеваться» на таких базарах не брезговали даже первые красавицы, мечтавшие об импортных кофточках. 


Фото из архива Вячеслава Никулина

 

Возврат к списку